Кнопка беспомощности. Почему инвалиды не под силу бизнесу Нижнего Тагила

Кнопка беспомощности. Почему инвалиды не под силу бизнесу Нижнего Тагила
23 ноября 2020, 07:05ОбществоАлександра ЛогиноваФото: 1Mediainvest.ru
Недавно в Нижнем Тагиле прохожие хотели помочь мужчине-колясочнику подняться по лестнице, но не удержали его и уронили. Больной ДЦП получил ушиб, а его коляску пришлось ремонтировать. Обычно рядом с входом в учреждение размещают кнопку вызова помощи. Редакция TagilCity.ru выяснила, что происходит после звонка в нее.

Мы пообщались со свердловчанами, которые передвигаются в инвалидном кресле. Оказалось, что в практике наших собеседников большинство кнопок вызова в организациях — муляжи.

Кнопкой приходится пользоваться нечасто. Зачастую их нет или они не работают. Обычно никто не выходит на кнопку, рассказывает общественник Александр Коченков.

Павел Поповиченко из Первоуральска признается, что в его городе количество кнопок вызова помощи с годами сокращается. В течение 2017-2019 годов, по словам собеседника редакции, в его городе кнопки вызова были практически у любого магазина, у аптек, поликлиник:

Никогда кнопок не было в салонах сотовой связи (МОТИВ, Билайн, МТС), нет ни в одной из парикмахерских. С ними я боролся в прошлом году, чтоб хотя бы одна на весь город была доступна. Никто не слышит, никто не понимает. В 2020 году в Первоуральске отсутствуют кнопки даже там, где они были постоянно. Из-за вандалов новые просто не выгодно ставить. Поэтому сейчас практически нигде нет кнопок вызова.

Павел Поповиченко, г. Первоуральск
Фото:Сергей ПатрушевTagilCity.ru

Полоса препятствий

Специально для TagilCity.ru тагильчанин Александр Богомолкин решил воспользоваться кнопками вызова помощи в нескольких организациях на Вые. По звонкам в местах, где кнопки были установлены, на помощь инвалиду никто не вышел.

Мы прогулялись с Быкова на Фрунзе. Зашли в парочку мест. Где-то нет пандусов, где-то нет кнопок, где-то муляжи. А где-то так далеко кнопка, что и ногами не достать,делится итогами рейда тагильчанин.

Получается, дотянуться до кнопки иногда оказывается сродни подвигу: при расположении сигнала некоторые предприниматели не учитывают ограниченные возможности здоровья клиентов. На фото с рейда по Вые видно, что человеку в инвалидной коляске придется сильно постараться, чтобы нажать на некоторые из кнопок.

Я никогда не пользуюсь этими кнопками. Я одна по магазинам не езжу, потому что не могу колеса вращать руками, они у меня тоже очень слабые. Я просто не могу их поднять к кнопке,говорит тагильская художница с ОВЗ Евгения Новокшонова.

Говорить о тотальном отсутствии работающих кнопок вызова помощи все-таки не приходится. Современные здания и организации стараются укомплектовать свои входные группы по всем правилам доступности среды. Чаще всего этим озадачиваются крупные федеральные компании: банки, ритейлеры, торговые и развлекательные центры.

Но даже адаптированная среда иногда не проходит проверку в реальных условиях. Наличие пандуса - еще не гарант того, что человек с ОВЗ сможет по нему проехать. Часто бывает, что пандусы оборудованы для соблюдения формальностей, а не для удобства клиентов. Короткие поручни, до которых не дотянуться с инвалидного кресла, полное отсутствие поручней или слишком крутой угол для въезда - преодолеть такую полосу препятствий будет не под силу даже паралимпийцу.

Доступная среда - это бич нашего города. Во многих местах есть пандусы, кнопки установлены. Но не везде это сделано профессионально и по нормативам. На парковке для инвалидов встречаются высокие поребрики, через которые ни один колясочник не проедет,говорит председатель общества инвалидов в Дзержинском районе Игорь Постоногов.

У некоторых тагильских инвалидов возникают трудности с использованием даже специального оборудования. Так, Евгения Новокшонова критикует уличные подъемники, которыми оборудованы центральная библиотека и Драматический театр.

Ими невозможно пользоваться таким, как я [со слабыми руками, прим. ред.]. Кнопку надо держать все время подъема. Зимой палец к ней просто примерзает! К тому же подъемник не автоматический. Я понимаю, что у нас пока автоматику и нельзя ставить на улице, дети будут кататься, да и не дети тоже. Но, если уж ставится уличный лифт, то нужно как-то продумывать как вызов человека, который поднимет тебя на этом лифте, если ты приехал без сопровождения,рассказывает о своей проблеме Евгения Новокшонова.

Фото:Сергей ПатрушевTagilCity.ru

Необоснованные траты

Обычный магазин одежды, типичная парикмахерская, зоосалон и даже аптека - большинство представителей малого и среднего бизнеса располагается в обычных жилых домах. Высота первого этажа и входных группы в разных домах становится причиной появления лестничных маршей.

У нас бОльшая проблема - не наличие или отсутствие кнопок, а недостаточная оснащенность низкопольным транспортом и приспособленность входных групп учреждений для прохода инвалида или мамаши с коляской,объясняет Евгения Новокшонова.

Пройдясь по одной улице в центре любого района Нижнего Тагила, можно насчитать десятки высоких и низких крылечек, но с пандусами и кнопками вызова - единицы. И у предпринимателей на это есть своя причина - финансовая необоснованность расходов на адаптивную среду.

Тагильчанка Наталья владеет небольшой парикмахерской. Она снимает в аренду помещение в многоэтажке в центре спального микрорайона. Потребности клиентов с инвалидностью она понимает:

Я не против организации спецусловий для людей с ОВЗ, это такие же люди с правами и желаниями. А привести себя в порядок (сделать стрижку, покраску, укладку, макияж) - это самое обыкновенное желание: для поднятия настроения, для привлечения к себе большего интереса. Люди с ОВЗ просто нуждаются в большем внимании и понимании, считает Наталья.

При этом самостоятельно оплатить обустройство помещения для приема клиентов с ОВЗ представитель малого бизнеса не в состоянии: и до коронакризиса хозяйке рядовой парикмахерской средств хватало только на аренду, коммунальные платежи и зарплату персонала:

К этому нужно подходить обстоятельно и серьёзно, рассчитывать затраты. Оплатить сама я могла бы такое переоборудование, если бы у меня не было каких-то других расходов. Например, помещение было бы выделено муниципалитетом, и мне не пришлось бы платить аренду.

Фото:1MediaInvest

Человеческий фактор

Одним техническим оснащением адаптивность среды не заканчивается - часто инвалидам требуется помощь других людей. Среди работников малого бизнеса - чаще женщины, которые даже при наличии кнопки не смогут поднять и занести колясочника внутрь помещения.

В одном из тагильских офисов редакции TagilCity.ru рассказали, что после сигнала с кнопки вызова инвалидам выходит помогать мужчина, занимающийся хозработами. Однако общественник Александр Коченков уверен, что кроме физической силы и оборудования при облуживании клиента с ОВЗ сотрудникам организаций требуется и специальное обучение, которое поможет не навредить человеку:

Женщина туда тебя затащить не сможет. Даже если бывают охранники, то они не обучены, не могут затащить тебя, все это очень травмоопасно выглядит. Я в первую очередь думаю о своем здоровье, что может произойти, если необученный человек начнет тебя тащить по этим лесенкам, даже мужчина. Я стараюсь брать с собой человека, который умеет это делать.говорит Александр Коченков.

Часть инвалидов пользуется для передвижения электрическими колясками, вес которых в разы превышает вес обычных механических колясок. Такую конструкцию не поднимут на себе и два охранника.

К помощи знакомых или даже случайных прохожих наши собеседники, оказывается, прибегают регулярно. И зачастую никто не отказывает: люди помогают миновать пандусы, открывают и придерживают двери.

Нужно отметить, что у нас в городе живут замечательные, отзывчивые люди. На просьбу о помощи откликаются сразу, часто сами подходят и предлагают помощь. У нас ни разу не было такого случая, чтобы нам нагрубили или не пустили куда-то,говорит жительница Нижнего Тагила Евгения Новокшонова.

Фото:личная страница ВКонтакте Александра Коченкова

Для людей, живущих вдали от трамвайного движения, на коляске добраться до нужного места, особенно в зимнее время, невозможно. Кого-то на автомобиле возят родственники, кому-то поддержку оказывают тагильские автоволонтеры. Максим Мельков занимается автоволонтерством уже шесть лет:

Многие из людей с ОВЗ не выезжают из дома вообще, даже к подъезду, так как нет пандусов и парапетов. И многим ещё надо по аптекам, магазинам ездить, а они не могут. Вот и решил помогать, плюс есть ещё машина - на ней удобно.

Замкнутый круг

Ограниченные возможности здоровья — так в России говорят про людей, у которых есть инвалидность или тяжелые заболевания. В то же время в других странах мира практикуют название — люди с особыми потребностями. У нас — про ограничения, а за рубежом — про потребности.

И в целом это хорошо отображает общее отношение чиновников к населению. Дело даже не в модном понятии «толерантность», просто у нас при виде колясочника, человека с ДЦП или аутиста обычный, даже самый хороший человек теряется и не знает, что делать.

Фото:страница Максима Мелькова ВКонтакте

Самое главное, чтобы общество знало, как помогать: элементарно, как коляску на пандус завезти. Сейчас знаю, что есть целые инклюзивные кафе. Охота, чтоб больше делалось для инвалидов. Ведь они тоже люди и хотят куда-то ходить и что-то делать,уверен Максим Мельков.

Пока ситуация с доступной средой походит на замкнутый круг: бизнесмены не готовы тратить деньги на то, чем мало пользуются клиенты, а инвалиды не становятся клиентами компаний из-за их малодоступности. Разорвать этот круг по силу только структуре с глобальными полномочиями — то есть государственной власти. До этих пор нажатие на «кнопку помощи» в большинстве случаев так и будет оставаться без ответа и реальной поддержки.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter