Прокуратура обвинила тагильский детский дом в неэффективной работе. Директор: об алиментах, о тунеядцах и «бездействии»
26 июня 2014, 12:20
Общество
Априори любое заведение, ответственное за здоровье и содержание детей, подвергается жесточайшим проверкам со стороны местных и региональных властей. Особое внимание обращают на детские сады, школы и, конечно, детские дома. Накануне прокуратура Свердловской области объявила о том, что в одном из детских домов Нижнего Тагила не занимаются защитой прав детей.

Неутешительные результаты проверки, о которых сейчас пишут региональные СМИ, постигли Нижнетагильский детский дом-школу №1, что по улице Красногвардейская. Директору и социальным работникам – выговор, родителям-неплательщикам – уголовные дела. О том, почему так произошло, выяснил TagilCity.ru.

Директор детского дома – Макаренко Нина Васильевна. Именно её и социальных работников накануне привлекли к дисциплинарной ответственности после проверки прокуратурой области. Нина Васильевна не отрицает, что замечания имеют место, но работа с детьми в Доме ведется колоссальная.

Об алиментах, алиментщиках и должниках

«Основанием для проведения проверки явилась многомиллионная задолженность родителей, которые по решениям судов лишены родительских прав и обязаны платить алименты на содержание своих детей, гласит вердикт прокуратуры. Установлено, что из 82 воспитанников детского дома-школы 60 человек не получают алименты».

Согласитесь, цифры огромные. Если не знать, откуда они взялись. Как пояснили в доме-школе, в число этих 60-ти человек вошли и те, на кого эта статистика вообще не распространяется – подкидыши, полные сироты, те, чьи родители безвестно отсутствуют, в общем, весомая часть воспитанников детского дома (такая специфика).

Об алгоритмах работы социального работника рассказала Вилохина Ксения, которая вот уже 9 лет трудится в этом детском доме.

Поступает ребенок. Начинается работа по взысканию алиментов: мы производим замену взыскателя в судебном порядке. Затем работа проводится судебными приставами, они выясняют, где должник находится, установление места жительства, имущества. Если человек устраивается на работу, то туда поступает исполнительный лист. Происходит удержание из заработной платы. Таких граждан должников у нас мало, которые стабильно работают на одном месте. В основном стабильно выплачивают пенсионеры – там «хочешь-не хочешь» с пенсии удерживается определенная сумма. Тех, кто отбывает наказание в местах лишения свободы, также обязывают работать и выплачивать. Какие-то родители самостоятельно переводят алименты, без судебных приставов, на счет ребенка. Если не выплачиваются алименты, то идет привлечение к уголовной ответственности, но система там непростая. Сначала человеку выносится предупреждение, если он не предпринимает мер, то можно возбуждать уголовное дело. Обычно в суде назначают исправительные работы на определенный срок. Тех, кто вообще не платит алименты – очень мало. Любыми способами родители находят деньги для ребенка, мало-помалу переводят на счет. На примере одного из интернатов детского дома: из 21 человека – 5 сирот, один подкидыш. Так, алименты должны получать 15 ребят, 10 из которых их действительно не получают.

Надо быть уверенным, что такая ситуация происходит во всех детских домах. Родителей, отказывающихся платить алименты, разыскивают и активно убеждают. Если их местоположение не установлено, их признают безвестно отсутствующими, через пять лет вообще – умершими. Это сложный процесс, которым занимаются руководители и специализированные органы. Этот факт в качестве примера подтвердила и директор Невьянского детского дома Степанова Екатерина Юрьевна, сообщившая, что родители, которых необходимо разыскивать и которых разыскивают, действительно есть.

«Так, мать одного из детей из дома-школы №1 в Нижнем Тагиле не выплачивает алименты на содержание сына с 2006 года, в связи с чем задолженность превысила 700 тыс. рублей. Несмотря на то, что судебным приставом-исполнителем с февраля 2013 года женщина объявлена в розыск, руководство детского дома с заявлением в суд о признании её безвестно отсутствующей и дальнейшего назначения ребенку пенсии по потери кормильца, не обращалось».

У руководителя имеется целая кипа документов, подтверждающая то, что работа в этом направлении ведется – объяснительные, замечания, заявления… Более того, сумма задолженности действительно впечатляет и пугает любого родителя, который даже встал на путь исправления. Нина Васильевна вообще предлагает быть более человечным, дав шанс матери восстановить семью, списав ее многотысячный долг, ведь дальше она будет со своим ребенком.

Квартира в Лесном

Особое внимание прокуратура уделила еще одному вопросу: «16-летний воспитанник имеет в собственности квартиру в городе Лесном, сохранность которой на протяжении всего времени его нахождения в детском доме не проверялась. В результате в квартире повреждены входные двери, в окнах выбиты стекла. В то же время, директор учреждения в нарушение требований регионального законодательства не обращается в управление социальной политики по городу Лесному за получением единовременной денежной выплаты в размере 100 тыс. рублей на проведение ремонта в квартире подростка».

Нина Васильевна пояснила, что в свое время она первая поинтересовалась в прокуратуре, что делать с этой ситуацией, только сейчас все обернулось против их Дома.

Наш воспитанник является собственником ¾ квартиры, другая часть – ¼ принадлежит некой женщине, которая там проживала и умерла еще в 2004 году. Она ему – никто, посторонний человек, и сейчас это не доказать. Сам мальчик, естественно, не знал ее, поскольку был маленький. Квартире требуется капитальный ремонт, только после этого там можно проживать. Согласно закону, если ребенок является единоличным собственником квартиры, то он имеет право на получение 100 тысяч на ремонт жилья. Но в данном случае, ребенок – не единоличный собственник, поэтому мы никак не можем решить этот вопрос. Конечно, мы хотим отремонтировать это жилье пояснила Ксения Вилохина.

Мы выезжали в Лесной, чтобы посмотреть на квартиру, затем пошли к мэру города. Он пообещал разобраться: подключил полицию, другие органы, однако, против закона не пойдешь. Женщину никто установить не может. Вопрос просто повис, а мальчик уже скоро выпускается. Это уже будет головная боль опеки в Лесном. Всё, что от нас зависело, мы сделали. Правда Нина Васильевна.

Так как 2-х комнатная квартира находится в неудачном районе, в нее отказываются въезжать даже по договору аренды.

Ребята на учете полиции

«Кроме этого, в связи с непроведением в детском доме-школе мероприятий, направленных на формирование законопослушного поведения воспитанников, распространены случаи самовольных уходов детей из учреждения и совершения ими правонарушений. В 2014 году на учете в отделе полиции состоит 24 воспитанника, из них 9 - за совершение общественно-опасных деяний».

Это специфика детских домов. Согласитесь, когда скрываешь преступления, сам невольно становишься соучастником. Любые самовольные уходы и проступки мы фиксируем и сообщаем. В этом году у нас обвал самовольных уходов [в доме, где приют - их значительно меньше, - ред.]. Кто-то из ребят заявляет: «Я не буду здесь жить, я не хочу». Но у всех есть аттестаты, работа с ребятами ведется.

«Мы не оправдываемся…»

Подобные учреждения сейчас ходят по острию ножа, что называется «шаг вправо, шаг влево…». Всеми силами и средствами руководство детского дома делает все, что требуется. Ведь стараются не для себя, а для детей.

Мы не оправдываемся. Я повторюсь, любая проверка найдет замечания. Мы проводим колоссальную работу. Вы бы видели, какой объем работы проводится социальными работниками. У нас работает очень хорошая команда, это ответили даже в прокуратуре, - резюмирует Нина Васильевна Макаренко.

© TagilCity.ru